Домой Дети Рассказ мамы: сын влюбился в учительницу

Рассказ мамы: сын влюбился в учительницу

31
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Все мы хотим своим детям лучшей доли и болезненно переживаем каждый их сомнительный шаг. Оценивая их поступки с позиции своего жизненного опыта, мы уверены, что знаем, как они должны жить. А они так не считают, и только время рассудит, кто был прав.

Когда в возрасте пяти лет сын сообщил, что, повзрослев, обязательно женится на воспитательнице Ксении Сергеевне, мы с мужем лишь посмеялись. Супруг вспомнил, что в детстве тоже мечтал жениться на медсестре, которая колола ему антибиотики в стационаре. Сказал, что исключительно ради этой худенькой блондинки в белом халате и высоком накрахмаленном колпаке бодрился и не плакал от болезненных уколов, превративших его мягкое место в сплошную сине-зеленую гематому.

Воспитательница была ожидаемо забыта сыном сразу после детсадовского выпускного. Зато в этом году на школьном выпускном нас с мужем ждал «сюрприз» – отпрыск заявил, что полюбил свою преподавательницу русского языка и переезжает жить к ней, потому что решил на ней жениться. По иронии судьбы зовут ее тоже Ксения Сергеевна.

Потенциальную «невестку» за годы учебы сына я видела в школе несколько раз, когда она приходила на родительские собрания вместе с другими учителями-предметниками. Она производила на меня приятное впечатление: грамотная, выдержанная, говорит по существу. Внешность у нее обычная, совершенно не запоминающаяся, и фигура не самая безупречная, слегка поплывшая в области талии, как у многих рожавших женщин. Она была замужем за преподавателем физкультуры из нашей же школы, но тот спутался с молоденькой практиканткой, пока жена была в декретном отпуске. Эта история получила широкую огласку, и Ксению Сергеевну дружно жалели и педагоги, и ученики, и родители. Супруг ее из школы вынужден был уволиться, а она, выйдя из декрета, продолжила работать, став еще более сдержанной и немногословной.

О том, что Костик влюбился, я догадалась довольно быстро – он неожиданно много внимания стал уделять своей внешности. Если раньше его в буквальном смысле слова приходилось запихивать в ванную комнату, чтобы он почистил зубы и вовремя сменил футболку и носки, то теперь в вопросах гигиены сын стал на редкость щепетильным. Муж смеялся, что душ три раза в день наносит непоправимый ущерб его естественной микрофлоре, а от аромата парфюма, которым Костик поливался без меры, щиплет глаза. Мы были уверены, что сын приударил за одноклассницей Катей Малышкиной, которая нравилась ему с начальной школы. «Растет парень!» – усмехался супруг, и я понимала, что все идет своим чередом.

Его увлечение еще и потому не вызывало у меня настороженности, что с успеваемостью не было никаких проблем. Костик всегда уделял учебе гораздо больше внимания, чем одноклассники. Ему легко давались точные науки, а вот с русским языком все было гораздо менее лучезарно: вроде и читает много, и правила учит, а правописание все равно страдает. В одиннадцатом классе он объявил, что договорился со школьной преподавательницей и будет ходить на дополнительные занятия по русскому языку. Мы с мужем были только за: впереди ЕГЭ, который надо успешно сдать, чтобы поступить в выбранный вуз. Стоили эти занятия недешево, но мы не скупились – разве можно экономить на образовании единственного ребенка? Знать бы тогда, за какие услуги педагога платим…

Костик всегда мечтал стать врачом и готовился к поступлению в медицинскую академию. Говорил, что будет спортивным хирургом. Однако в последние полгода учебы он начал уходить от разговоров о будущей профессии. Мол, вопрос серьезный, а у него еще есть время на размышления. На наши вопросы об альтернативе спортивной медицине он отвечал односложно: «Я думаю над этим».

…На торжественное собрание, посвященное вручению аттестатов, мы с мужем шли как на праздник. Повод для родительской гордости был серьезный: сын блестяще сдал экзамены, получил очень высокие баллы по ЕГЭ, и для него были открыты двери практически любого вуза. Поэтому я не поняла напряженного взгляда, которым встретила нас в школьном вестибюле мама Кати Малышкиной. Это от зависти, решила я, ведь Костик во всей параллели оказался единственным «стобалльником» (высший балл он получил на ЕГЭ по химии). Поправляя у зеркала прическу, увидела в отражении, как старшая Малышкина со скорбным видом направляется ко мне.

«Добрый день! — сказала она тоном, которым сообщают о неизлечимой болезни. — Поздравляю вас, Катя сказала, что Костя лучше всех в параллели сдал экзамены. Что, собственно, неудивительно – он с первого класса был одним из самых сильных учеников. Но кто бы мог подумать, что умного мальчика из хорошей семьи вот так занесет по жизни! Очень вам сочувствую. Думаю, когда гормоны улягутся, все встанет на свои места и парень возьмется за голову».

«Простите, вы о чем? — Мне показалось, что взволнованная женщина меня с кем-то путает. — Это вы о моем сыне говорите, о Косте Загоровском? Если честно, я не совсем понимаю, куда его по жизни занесло».

Женщина озадаченно смотрела на меня, как будто мы общались с ней на разных языках. «А-а-а, так вы, видимо, ничего не знаете! — наконец воскликнула она. — Впрочем, я тоже об этом случайно узнала, просто услышала, как Катя с подружками у нас дома шушукались. Я не подслушивала: девчонки так бурно обсуждали эту новость, что их трудно было не услышать».

«Да о чем, собственно, речь? — сердце часто и гулко забилось в груди от недоброго предчувствия. — Чего такого важного я о своем ребенке не знаю?»

Женщина снова замолчала. «Получается, именно я становлюсь гонцом, принесшим недобрую весть, – тихо сказала она. — Ваш Костя моей дочери с первого класса нравится, как и всем девочкам в классе, и она сейчас очень переживает то, что происходит. Но ее проблема по сравнению с вашей – сущий пустяк…»

«Слушайте, да не томите вы уже! — я не заметила, что мой голос перешел на фальцет, от которого вздрогнули все присутствовавшие в вестибюле. — Что противоправного сделал мой сын?»

«Противоправное действие совершил не он, а педагог по русскому языку, – опустив глаза, сказала мама Кати. — У нее роман с Костей. Они свои отношения скрывают, но от девчонок ведь ничего не утаишь».

«А девочки ничего не путают? — у меня отлегло от сердца. — Никто, конечно, не гарантирован от ошибок юности, но не настолько безбашенный человек мой сын, чтобы увлечься женщиной в два раза старше себя, да еще с ребенком. Наверное, это типичные девчачьи инсинуации от неразделенной любви к мальчику».

Малышкина-старшая посмотрела на меня как на блаженную, пожала плечами и, буркнув себе под нос что-то типа «Извините», торопливо зашагала в актовый зал. Мы с мужем, молча внимавшим нашему разговору, последовали за ней. Я не поверила ни единому слову этой сплетницы, но настроение было испорчено. «Ерунда все это, чушь несусветная!» – сказала я, обращаясь к мужу, но он в ответ промолчал, лишь крепче сжав мой локоть.

В зале мы уселись в последнем ряду: впереди все было занято теми, кто пришел раньше. Пока пробирались к свободным местам, я поймала несколько сочувственных взглядов других родителей и ощутила, как запылали мои щеки. «Это неправда!» – продолжала я уговаривать себя, в душе понимая, что не могу быть полностью в этом уверенной.

Вручение аттестатов и грамот победителям школьных олимпиад превратилось в настоящий бенефис Кости. Еще бы: такого богатого урожая заслуг не собрал ни один из выпускников. «Костя Загоровский, ты – наша гордость! — растроганно сказала директор школы, вручая ему аттестат. — Я понимаю, какую радость сейчас испытывают твои родители, глядя на тебя. Им действительно есть чем гордиться! А мы будем гордиться твоими грядущими успехами на медицинском поприще, поскольку не сомневаемся, что из тебя получится замечательный врач».

«Спасибо большое! — голос Кости, к которому было привлечено столько внимания, срывался от волнения. — Не уверен, что делом моей жизни будет медицина, но я тоже надеюсь, что в выбранном мною направлении сумею стать настоящим профессионалом и не подведу своих педагогов».

Директриса, которая явно благоволила лучшему выпускнику, картинно взмахнула руками: «Как же так! Ты же с первого класса твердил, что хочешь стать врачом! С каким же направлением ты изменил медицине?»

Костя смутился еще больше – он явно не ожидал такого внимания к своей персоне и своим планам. «Медицина по-прежнему мне очень интересна, – наконец сказал он. — Но медицинское образование нельзя получить ни на вечернем, ни на заочном отделении, а учеба на дневном в мои планы не входит».

Не только директор школы, но и мы с мужем остолбенели. Директор озвучила вопрос, который вертелся у нас на языке: «А что входит в твои планы на ближайшую перспективу? Служба в армии?»

«В мои ближайшие планы входит создание семьи, – сказал Костя, вперив взгляд в нас с мужем. — И главное, кем я хочу стать, – это хорошим мужем и отцом».

Директриса застыла с открытым ртом, а потом начала бормотать, что семья – дело, безусловно, хорошее, но сначала все-таки нужно получить образование. Костя стоял на сцене, вскинув голову, как партизан на допросе, и смотрел на нас с откровенным вызовом. А вместе с ним в нашу сторону обернулась добрая половина сидевших в зале родителей выпускников. В их взглядах было столько нездорового интереса, что я не выдержала, поднялась со стула и начала торопливо пробираться к выходу. Муж последовал за мной.

На выходе из актового зала я чуть не упала в обморок: перехватило дыхание, в глазах потемнело. Супруг буквально дотащил меня до окна в коридоре и распахнул створки, чтобы я могла вдохнуть свежего воздуха. В этот момент дверь сзади нас скрипнула – из зала вышел раскрасневшийся Костя.

«Мам, а можно без театральных истерик? — я никогда прежде не слышала в голосе сына столько металла. — К чему этот цирк без клоунов? Или тебе непременно надо было привлечь к себе внимание?»

«Если уж кто и устроил цирк, так это ты, мой мальчик, – я едва могла передохнуть. — Откуда эти скоропалительные матримониальные планы? И уж не учительница ли по русскому языку готовится стать счастливой новобрачной?»

«Ого, какая исчерпывающая информация! — саркастически засмеялся Костя. — Да, все верно, я люблю Ксению и собираюсь на ней жениться. Поэтому сразу после выпускного заберу свои вещи и перееду жить к ней. На вашу материальную помощь и квадратные метры не претендую, со всем справлюсь сам. Надеюсь, со временем вы поймете меня и примете эту ситуацию как должное. Тем более в ней нет ничего экстраординарного, поскольку наша с Ксенией разница в возрасте всего 14 лет и не выходит за рамки физиологической нормы».

«Давно ли в этом вопросе нормы определены? — нервно усмехнулся муж. — Понимаю, сын, что у тебя от радостей первого секса башню снесло. Как говорится, женилка выросла, а соображалка тормозит. А если бы с соображалкой все было в порядке, то ты бы понимал, что сейчас самое время бежать не в загс, а в приемную комиссию вуза. Определись с приоритетами без участия гормонов, если можешь».

«Я определился, – твердо сказал Костя. — Мы любим друг друга и хотим быть вместе. А образование я обязательно получу, только чуть позже. Ксения беременна, поэтому сейчас несколько не до учебы. Учиться пойду обязательно, но только на вечернее отделение, чтобы можно было работать и содержать семью».

«Вот это новости! — у меня от пережитого шока все прыгало в глазах. — Пойду-ка я сейчас пообщаюсь с директором школы и расскажу ей о моральном облике педагога, развратившего своего ученика. Надеюсь, твою обожаемую Ксению за это не только уволят, но и к уголовной ответственности привлекут».

«Ничего не выйдет, мамуля, – спокойно парировал сын. — Уволить Ксению нельзя, потому что она уже три недели как здесь не работает. Специально уволилась, чтобы не быть гвоздем программы выпускного вечера. Привлечь по статье ее тоже не за что: ты разве забыла, что из-за двухсторонней пневмонии я пошел в школу на год позже сверстников и мне уже восемнадцать? Но главное, если этот вопрос ты вынесешь на всеобщее обсуждение, можешь считать, что у тебя нет сына. Поэтому предлагаю вам с папой успокоиться и принять то, что есть. Я благодарен вам за все, что вы для меня сделали, но это не значит, что я готов всю жизнь слушать рекомендации родителей, с кем и как мне жить».

Костя развернулся и пошел к дверям актового зала. Уже взявшись за дверную ручку, он остановился, помедлил и сказал, не поворачиваясь к нам: «Только не считайте меня последним моральным уродом. Я ведь понимаю, что причинил вам боль и не оправдал ваших надежд. Давно хотел рассказать вам про нас с Ксюшей, но все никак не мог набраться смелости, а теперь вот расплачиваюсь за свое малодушие. Простите меня, если можете, но я уже принял решение и по-другому поступить не могу». И после этих слов зашел в зал.

Мы с мужем поплелись домой. Вернее, плелась я, а супруг чеканил шаг словно на плацу. У него всегда походка становится тверже, когда он чем-то озабочен. До дома добрались в полном молчании. Я накапала себе валерьянки, закуталась в теплый плед и забилась в большое кресло. Меня колотил озноб, хотя за окном стоял удушающе жаркий июньский вечер. Муж продолжал мерить квартиру решительными шагами, мельтеша у меня перед глазами. Наконец он остановился и изрек: «Я вот что по этому поводу думаю: как ни крути, а мы с тобой вырастили нормального парня, умеющего отвечать за свои поступки. Да и что в конце концов произошло? Он не заболел неизлечимой болезнью, не сел на иглу, не связался с криминальным миром. И он действительно имеет право распоряжаться своей жизнью по своему усмотрению. Даже если он сейчас совершает ошибку, это будет урок, который он непременно проанализирует и сделает необходимые выводы. Ну, а если это и вправду единственная в жизни любовь? Имеем мы право этому препятствовать? Вон один француз женился на своей учительнице – и счастлив уже много лет, даже президентом стал. А самая известная пара нашего шоу-бизнеса с разницей в возрасте в два поколения тоже живет на зависть злопыхателям, растит себе двойняшек и в ус не дует. Наш парень не без царя в голове, все у него в итоге будет хорошо. А нам с тобой не руки заламывать надо, а молиться за него. Костик прав, все равно мы никуда не денемся и вынуждены будем смириться. Да, не все складывается так, как мы с тобой хотели, но никто ведь пожизненной идиллии и не обещал. Так что не раскисай, дорогая, нам с тобой силы ох как нужны – скоро внуки пойдут!»

…С того вечера минуло полгода. Они прошли для меня как в тумане: я по сей день не могу принять позицию мужа и смотреть на ситуацию философски. Сын работает санитаром на скорой, со дня на день у него родится дочь. Иногда он забегает к нам, делится, как идут дела с ремонтом, который они с женой затеяли накануне пополнения в семье. Мне тяжело осознавать, что вместо беззаботной студенческой поры он не по годам рано взвалил на себя рутинные хлопоты взрослого человека. Да, сын реализует свой сценарий жизни, который никак не стыкуется с моим. Не такой судьбы я ему хотела, но ведь пожизненной идиллии действительно никто не обещал…

Источник: wday.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here